Connect with us

ПОЧЕМУ РОКФЕЛЛЕРЫ НИКОГДА НЕ ГОВОРЯТ О ДЕНЬГАХ?

ЗНАМЕНИТОСТИ

ПОЧЕМУ РОКФЕЛЛЕРЫ НИКОГДА НЕ ГОВОРЯТ О ДЕНЬГАХ?

ПОЧЕМУ РОКФЕЛЛЕРЫ НИКОГДА НЕ ГОВОРЯТ О ДЕНЬГАХ?

Никто и никогда не знал и не знает, какие именно суммы находятся в распоряжении Рокфеллеров. Правило этой семьи: не выносить из дома не только сор, но и лишнюю информацию о своем достатке.

Джон Д. Рокфеллер-старший режет торт на своем 90-летии. Впереди у него еще семь дней рождения.

В истории самой богатой семьи Америки было многое: двое­женство, изнасилование под дулом пистолета, тюремные бунты и людоеды. Но главным образом – методичное, растянутое на несколько поколений приумножение богатств, либеральные политические карьеры и завидное долгожительство. И кстати, именно Рокфеллеры изобрели благотворительность в ее сегодняшнем понимании. Не семья, а кабала святош.

Казанова означает «развратник», Кулибин – «изобретатель», Рокфеллер – «очень богатый человек».

Так повелось еще с позапрошлого века, и так будет всегда. Если уж Гейтсы, Джобсы, Маски и прочие «самые богатые люди» не смогли пошатнуть нарицательность Рокфеллеров, то кто сможет? Тут все просто: основатель династии Джон Д. Рокфеллер-старший был первым долларовым миллиардером, в своем зените владел двумя процентами экономики США и до сих пор, со всеми поправками и пересчетами, считается самым богатым человеком в современной истории. То бишь самым богатым человеком, самолично заработавшим свое состояние, а не получившим его в династическое владение вместе с песками, скважинами и верблюдами.

Сегодняшние Рокфеллеры – это 200 праправнуков и праправнучек, шестое и седьмое поколение наследников и наследниц, продолжающих тихо, вдали от телекамер и инстаграмов, решать судьбы мира на благо семьи и Америки. Несмотря на политические карьеры Нельсона, Уинтропа и Джея Рокфеллеров, а также десятки небоскребов и общественных организаций, осененных именем Рокфеллер, эта семья остается уникальным образчиком закрытости, непубличности и серьезности намерений.

Поместье Кайкут в Покантико-Хиллз (штат Нью-Йорк) стало подарком Джона Д. Рокфеллера-младшего его отцу Джону Д. Рокфеллеру-­старшему, который, отойдя от дел, посвятил себя созданию идеальной семейной резиденции.

В отличие от Гетти и Вандербильтов, не устоявших перед соблазном превратить свои зачарованные жизни в шоу-бизне­с, Рокфеллеры никогда не выносили сор из избы. Они – сами себе Бильдербергский клуб: все важные решения, касающиеся финансов, общественного имиджа и прочих животрепещущих вопросов, до сих пор принимаются на больших семейных собраниях, проходящих два раза в год в родовом гнезде в Покантико-Хиллз в штате Нью-Йорк. Удивительно, но факт: полуторавековая история царст­вования Рокфеллеров на самом верху финансовой пирамиды прошла почти без репутационных потерь. Главный же скандалист семьи – священное чудовище рода, хорошо замаскированный скелет в коллективном шкафу – жил, по счастью, еще до появления вездесущих массмедиа. Звали его Уильям Рокфеллер-старший, он же Большой Билл, он же Дьявол Билл, и был он великим американским пройдохой прямиком из Марка Твена и О’Генри.

Билл Рокфеллер был классическим аферистом, например, он продавал лекарства собственного изготовления, включая «Средство от всех видов рака». По числу скандалов, жен и детей он даст фору любому из потомков. Из хорошего от него членам клана досталось разве что богатырское здоровье.

Билл любил девушку по имени Нэнси Браун, но она была из бедной семьи, поэтому он женился на другой – Элайзе Дэвисон, отец которой давал приданое в пятьсот долларов. Нэнси Билл, однако, тоже не бросил, а пристроил к себе дом­работницей и в последующие семь лет сделал своей Элайзе шестерых детей, а своей Нэнси – двух. И жили бы они поживали водиннадцатером, не зная тревог и лишней информации друг о друге, если бы в 1848 году Биллу не приглянулась еще одна работавшая у них служанка, по имени Энн. Судя по тому, что согласилась на связь та только под дулом пистолета, взаимной симпатии не случилось. Но стоило Биллу зачехлить ствол, как девушка отправилась прямиком в суд. В итоге, чтобы выплатить залог, ему пришлось занять у тестя 1175 долларов и продать семейный дом в городке Моравиа, что в штате Нью-Йорк. Однако на этом судебные приключения не закончились.

Вскоре уже сам тесть подал на Билла в суд за то, что тот не возвращал долг, и тогда Рокфеллер просто растворился в воздухе, оставив семью хоть и без денег, но зато и без новых скандалов.

Примерно через семь лет в пограничной канадской провинции Онтарио обнаружился продавец «целебных» снадобий из змеиного масла по имени доктор Уильям Ливингстон, который в свободное от врачевания время ­трудился ­коммивояжером и лесорубом, а в 1856 году женился на местной женщине по имени Маргарет Аллен. Как вы, вероятно, догадались, доктор Уильям был не кем иным, как нашим старым знакомцем Биллом Рокфеллером, насильником и двоеженцем.

Дэвид Рокфеллер первым из династии прожил более ста лет. К моменту смерти в возрасте 101 года он, по неподтвержденной, впрочем, информации, «сносил» восемь сердец и четыре почки.

Прожил Билл еще полвека и умер 95-летним старцем в Иллинойсе, когда его старший сын Джон Д. Рокфеллер-старший уже был самым богатым человеком Америки. Джозеф Пулитцер – еще один нарицательный американский персонаж – пытался найти его и обещал восемь тысяч долларов тому, кто выяснит местонахождение блудного папаши главного богатея США. Но выставить ­семейный позор Рокфеллеров на всеобщее обозрение при жизни Билла не получилось. Члены семьи сомкнули ряды, и журналистам ничего не удалось раскопать даже после тщательных полуторагодовых поисков. Лишь через несколько лет после смерти Билла правда всплыла на поверхность, но к тому времени ажио­таж уже поутих, и скандала не вышло. Эти везучие Рокфеллеры!

Наиболее везучим из шести отпрысков Большого Билла оказался вышеупомянутый старший сын. С него-то и стартует отсчет больших денег Рокфеллеров. По сути, вся жизнь Джона Д. Рокфеллера-старшего – а прожил он 97 лет, на два года дольше родителя – укладывается в пару цитат. Первая принадлежит Дьяволу Биллу:

«Своих пацанов я стремлюсь облапошить при любой возможности. Пусть растут внимательными».

Цитата вторая – из самого Джона: «С самых младых ногтей меня приучили работать, откладывать деньги и делиться с ближними». И это уже заслуга его матери-проте­стантки.

Удивительным образом пример бандитствующего папаши не стал для юного Джона заразительным; с куда большим рвением он впитал жизненные ценности и отношение к труду набожной Элайзы. В 16 лет Джон устроился помощником бухгалтера и вскоре сформулировал две главные задачи своей жизни: заработать 100 тысяч долларов и дожить до 100 лет. Первое ему удалось в стократном размере, второе почти удалось. К 20 годам он уже был обладателем солидного капитала в четыре тысячи долларов – почти 110 тысяч сегодняшними – и не забывал при этом давать деньги на нужды армии северян (Джон голосовал за Линкольна и был убежденным аболиционистом – сторонником отмены рабства).

Джон Д. Рокфеллер-младший не только приумножил состояние, доставшееся ему от отца, но еще и воспитал пятерых сыновей, которые расширили влияние семьи в самых разных областях, от издательского и отель­ного бизнеса до благотворительности и политики.

Федеральное правительство военного времени активно субсидировало нефтегазодобывающую индустрию, и молодой Рокфеллер быстро почуял золотую жилу. Бережливость начинающего бизнесмена скоро сослужила ему добрую службу. Если тогдашние нефте­переработчики использовали лишь 60 процентов добываемого, а остальное сливали в утиль, то у Рокфеллера не пропадало ни капли. Отходы производства шли на бензин, масла-лубриканты и парафиновый воск, а деготь шел на покрытия пешеходных дорожек. В 1870 году 31-летний Рокфеллер основал компанию Standard Oil, быстро ставшую одним из лидеров индустрии. Секрет прибыльности модели Рокфеллера заключался в одновременном горизонтальном и вертикальном расширении бизнеса: Standard Oil не только скупала менее прибыльные компании, но и вкладывал­а деньги в инфраструктуру – железнодо­р­ож­ное сообщение, прокладку труб, вагоны-­резервуары для доставки. К концу 1870-х Рокфеллер заграбастал под свое крыло 90 процентов нефтегазодобывающей индустрии США и стал миллионером (тогдашний мил­лион равен 25 сегодняшним).

Джон-старший был пионером трестовой экономики: в каждом штате существовали свои законы инкорпорирования, ограничивающие деятельность компаний из других штатов. В итоге к 1882 году Standard Oil превратился в Standard Oil Trust – новый тип мегакорпорации, управлявшей всеми подконтрольными структурами из разных ­штатов. Она состояла из 41 компании и имела в своем активе 20 тысяч нефтяных колодцев, четыре тысячи миль трубопроводов, пять тысяч резервуаров для ­перевозки нефти и газа и 100 тысяч сотрудников.

Вместе с укреплением треста ­росло и противодействие его ­могуществу. В итоге десятилетия попыток приструнить монополистские притязания миллионера закончились вердиктом Верховного суда США о нарушении Рокфеллером антитрастового акта Шермана. Миллионерский трест лопнул, но из него вылупились 34 компании, многие из которых в современном виде остаются ведущими игроками нефтяного рынка. Это и ConocoPhillips, и BP, и Chevron, и ExxonMobil, причем развал треста оказался чрезвычайно прибыльным предприятием: суммарно акции входивших в него компаний пятикратно выросли в цене, и в 1920-е годы личное состояние Джона Д. Рокфеллера достигло отметки в 900 миллионов долларов.

Впрочем, к тому времени патриарх уже отошел от дел. Последние 40 лет жизни он провел «на пенсии» в поместье Кайкут в Покантико-Хиллз.

Обустраивал 1500 гектаров своих владений, самолично занимаясь дизайном десятка парков и площадки для гольфа. Сегодня в Покантико живут десять рокфеллеровских семей, пользующихся огромной армией садовников, фермеров, охранников и разнорабочих. В имении 75 жилых домов и 70 дорог, многие из которых построены по проекту Джона Д. Рокфеллера и его сына, Джона-младшего. Особняки Покантико являются крупной галереей современного искусства: там висят картины Пикассо, Уорхола и Шагала и стоят скульптуры Бранкузи, Арпа, Колдера, Джакометти и Генри Мура. Также на территории «Рокфеллертауна» расположена часовня с витражами Матисса и Шагала. Популярная шутка, автор которой неизвестен, гласит: «Покантико – это жилище, которое построил бы себе Господь Бог, если бы у него были деньги».

Жена праправнука основателя династиии Джастина Рокфеллера Индре надеется вписать всемирно известную фамили­ю в историю моды. Поработав в Vogue, Moda Operandi и Delpozo, сегодня она развивает собственный бренд Paravel. Индре – сооснователь и креативный директор этой компании, занимающейся производством сумок и чемоданов.

Главным союзником и советчиком Джона была его жена Лаура Сетти Спелман, с которой они прожили в браке полвека. «Без ее советов я остался бы бедняком», – люби­л повторять миллионер. Детей у них ро­дилось пятеро, из которых младшим оказался единственный сын и наследник, названный в честь отца, – Джон Д. Рокфеллер. По характеру Джон-младший был копией отца – не пил, не курил и тоже почти полвека прожил в браке с первой женой Эбби (до ее смерти), но деловой стороной рокфеллеровского наследия интересовался куда меньше. Директором Standard Oil он проработал всего десять лет и ушел в отставку 46-летним­, дабы «очистить» свой образ для ­филантропической деятельности, ­которой отдался с ­остервенением, пожертвовав на различные начинания более полумиллиарда долларов.

Его самым знаменитым детищем стало Бюро социальной гигиены, занимавшееся профилактикой и лечением венерических заболеваний, проблемами проституции и изучением полицейского администрирования роддомов. Правда, с Джоном-младшим связан и один из немногочисленных скандалов в истории Рокфеллеров XX века (каковые действительно можно пересчитать по пальцам одной руки). В 1914 году на одной из подконтрольных Рокфеллерам шахт произошло столкновение бастующих с полицией, в ходе которого погибли два десятка человек, включая женщин и детей. Многие обвиняли в кровавой резне Джона-младшего; ему даже пришлось давать объяснения в конгрессе. Чтобы хоть как-то поправить положение дел и не потерять лицо, Джон пошел на революционные для скрытного семейства меры и воспользовался услугами человека, которого называют изобретателем пиара, – Айви Ли. Тот посоветовал магнату отправиться к шахтерам и самолично навестить семьи погибших, проинспектировать состояние шахт и жилья рабочих, выслушать их жалобы. Явление Рокфеллера народу стало сенсацией, живо освещалось в прессе и послужило поворотным пунктом в истории «индустриального пиара».

Впрочем, больше, чем личны­ми свершениями, Джон-младший известен деятельностью ближайших родственников: его жена Эбби основала нью-йоркский Музей современного искусства (МоМА), а пятеро их сыновей – третье поколение фамилии – учредили легендарный Фонд Рокфеллеров, став тем самым «лицом» семьи для современной Америки. Они-то и открыли самую интересную и разнообразную по содержанию главу в истории клана.

Атлант поддержи­вает небеса у Рокфеллер-центра в Нью-Йорке.

Удивительно само их братское единство, напоминающее одновременно коза ностра, масонскую ложу и рок-группу. Масонская ложа кажется наиболее адекватным сравнением, а основанный братьями Фонд Рокфеллеров – колоссальная благотворительная организация, посвященная «продвижению общественных изменений с целью создания более справедливо­го, экологичного и невоинственного миропорядка», – ­кажется воплощением утопических грез ­иллюминатов.

Управление фондом велось строго коллегиально: все решения принимались братским кворумом, президентом и председателем был один из братьев, Ло­уренс, а секретарем, ведшим запись каждого совещания, – другой брат, Дэвид. Рокфеллер-квинтет оказался единогласен даже в распределении видов деятельности между своими участниками. Джон-третий посвятил себя благотворительности, Лоуренс занимался авиацией, издательским делом, отельным бизнесом и созданием природных заповедников, Дэвид стал финансистом и главой «семейного» банка Рокфеллеров Chase. Совпали в своих желаниях только Нельсон и Уинтроп, отважившиеся наконец напрямую вывести рокфеллеровское влияние в политическую сферу.

Именно Нельсону было суждено стать самым заметным из братьев, да и самым знаменитым членом семьи.

Во время войны он сражался с нацистским влиянием в Латинской Америке (на придуманном Рузвельтом посту координатора межамериканских связей), а в 1950-е занимался изучением особенностей ведения психологической войны в администрации Эйзенхауэра. Нельсон трижды выдвигал свою кандидатуру на республиканские праймериз (безрезультатно), полтора десятка лет служил губернатором Нью-Йорка (и был одним из самых эффективных начальников в истории штата), а закончил политическую карьеру в должности вице-президента в администрации Джеральда Форда.

Заправка компании Standard Oil и Ford T – то, что заставило Америку двигаться.

Свою вице-президентскую резиденцию Нельсон обставил с истинно рокфеллеровской помпой, но сам почти не жил там, оставив шикарную обстановку практически нетронутой в наследство последующим вторым лицам. Также в память о вице-президенте Рокфеллере останется знаменитая фотография, на которой политик показывает средний палец группе улюлюкающей молодежи во время одного из своих ­публичных выступлений.

В популярную культуру вошли еще два легендарных собы­тия с участием Нельсона. В 1933 году, будучи президентом совета директоров Музея современного искусства, молодой наследник заказал Диего Ривере панно в Рокфеллер-центре­. Все знают, что случилось потом: коммунист Ривера поместил в центр композиции Ленина, Рокфеллер пришел в негодование и попросил закрасить вождя революции. Когда же мексиканский гений наотрез отказался что-либо менять, заказчик выплатил ему гонорар и тут же со словами «Это моя стена!» приказал счистить фрондерское панно к чертовой бабушке.

Благодаря этой истории Нельсон Рокфеллер как минимум дважды стал киногероем: в фильме «Колыбель будет качаться» его сыграл Джон Кьюсак, а в байопике «Фрида» – Эдвард Нортон.

Второе событие случилось уже под занавес последнего губернаторского срока Нельсона. В сентябре 1971 года в нью-йоркской тюрьме Аттика восставшие заключенные взяли в заложники 39 работников исправительного учреждения. Договориться об условиях освобождения не удалось, и Рокфеллер приказал нац­гвардии открыть огонь. Тридцать девять человек погибли (из них – десять заложников), еще 80 были ранены. «Такова жизнь», – резюмировал случившееся губернатор Рокфеллер в телефонном докладе Никсону. Трагедия Аттики тоже нашла отражение в искусстве, на сей раз – в музыке: про нее писали Джон Леннон, Чарльз Мингус и Фре­дерик Ржевски.

 

 

Умер Нельсон, как говорят, тоже не без приключений – ближе к ночи 26 января 1979 года у себя в офисе на 13-й улице, в присутствии 25-летней ассистентки Меган Маршак. Разумеется, после кончины экс-политика тут же поползли слухи, что смерть настигла его в момент интимной близости, и над девушкой несколько дней потешались ведущие ночных ток-шоу.

Несмотря на суровые меры, принятые Нельсоном (в частности, ­знаменитые «законы Рокфеллера», отправлявшие любого, у кого найдено четыре унции (113 грамм) тяжелого наркотика, за решетку на срок от 15 лет), его политическое наследие связано главным образом с неформаль­ной группой «республиканцев Рокфеллера». Ее члены придерживались умеренно либеральных взглядов и старались максимально смягчать республиканскую повестку. Умеренный либерализм – ­семейная идеология клана, временами носившая показной характер: так, на свадьбе Уинтропа Рокфеллера, один срок прослужившего губернатором Арканзаса, афроамериканский хор пел ­спиричуэлс.

Самым неординарным членом квинтета был младший брат Дэвид. Настоящий интернационалист, дружил с Хрущевым, Горбачевым, Фиделем и Саддамом.

Он даже открыл первые корреспондентские отделения Chase в Москве и Пекине в 1970-х. Дважды он отклонял пост министра финансов США, предпочитая оставаться влиятельным серым кардиналом финансово-политического закулисья. Именно Дэвид Рокфеллер впервые пригласил на госслужбу Киссинджера и, будучи университетским приятелем директора ЦРУ Аллена Даллеса, получал эксклюзивные брифы от разведки. Он же в ответе и за второй рокфеллеровский скандал с заложниками­: пленение 52 сотрудников посольства США в Тегеране, которое продолжалось с ноября 1979 по январь 1981 года и являлось ответом исламских революционеров на организованную Рокфеллером поездку свергнутого иранского шаха на лечение в Америку. Кстати, в том, что касалось здравоохранения, Дэвид действительно знал толк – он умер последним из братьев в возрасте 101 года, оставив после себя не только массу легенд, но и 900 миллионов долларов благотворительных вложений.

После смерти Дэвида патриархом семейства стал сын Джона-третьего Джей Рокфеллер – 81-летний экс-губернатор Западной Вирджинии, сенатор с 30-летним­ стажем и представитель уже четвертого поколения семьи, иронично и слегка презрительно окрещенного «кузенами» за известное измельчание масштаба. Но и это поколение знаменито как минимум одним своим представителем.

Майкл, 23-летний сын Нельсона Рокфеллера, отслужив полгода в армии, в 1961 году отправился в Папуа – Новую Гвинею в составе этнографической экспедиции. Решив самостоятельно разведать, как живут аборигены ­племени асмат, Майкл вместе с голландским антропологом Рене Вассингом выбрали в качестве транспорта 12-метровое каноэ. В дороге лодка перевернулась, но Рокфеллер сообщил Вассингу, что сможет доплыть до берега, до которого было 19 километров. Вассинга спасли на следующий день, Рокфеллера так и не нашли. Наполовину подтвержденная версия исчезновения наследника гласит, что его съели каннибалы племени асмат, тем самым отомстив за погром, учиненный голландской колониальной полицией.

Впрочем, некоторые верят, что Майкл до сих пор живет в племени, подобно полковнику Курцу из «Апокалипсиса сегодня».

На исходе прошлого века на смену «кузенам» пришло пятое поколение Рокфеллеров, которым еще предстоит явить публике своих героев. Продолжится ли «измельчание» клана или мы еще услышим очередную волнующую историю о новом представителе самой непубличной миллиардерской семьи мира, не так уж важно. Когда человек рождается с фамилией Рокфеллер, все остальное в его жизни быстро отходит на второй план.

ПЯТЬ КРУПНЕЙШИХ ИНСТИТУЦИЙ, УЧРЕЖДЕННЫХ РОКФЕЛЛЕРАМИ.

1

Университет Чикаго

В 1890 году Джон Д. Рокфеллер-старший пожертвовал Обществу образования американских баптистов 600 тысяч долларов на создание университета. К 1900 году скромный баптистский колледж превратился в одно из крупнейших учебных заведений в мире.

2

Рокфеллеровский­ университет

Основан в 1901 году под названием Рокфеллеровский институт медицинских исследований и является старейшим биомедицинским исследовательским центром в США. 36 нобелевских лауреатов работали в его стенах.

3

Нью-Йоркский музей современн­ого искусства

В 1929 году жена Джона-старшего Эбби вместе с двумя подругами арендовали помещение на углу Пятой авеню и открыли там небольшую выставку, состоявшую из картин Ван Гога, Гогена, Сезанна и Сера. Через десять лет председателем совета директоров стал сын Эбби Нельсон Рокфеллер, и вскоре музей переехал в свое нынешнее здание на 53-й улице.

4

Рокфеллеровский центр

Национальный исторический памятник США, шедевр архитектуры ар-деко и одна из главных достопримечательностей Манхэттена, Рокфеллеровский центр в его нынешнем виде строился с 1930 по 1970 год и состоит из 19 зданий. На территории центра находятся офис телекомпании NBC, аукционный дом Christie’s и знаменитый каток.

5

Линкольн-центр

Крупнейший культурный центр Нью-Йорка, построенный в 1955–1969 годах. В дюжине его зданий располагаются Метрополитен-­опера, Нью-Йоркский филармонический оркестр, Нью-Йоркский городской балет, высшая музыкальная школа Джуллиард и множество других культурных учреждений.

Источник: GQ

Continue Reading
Comments
To Top